Расизм

Взгляд активиста: ресентимент

МОРАЛЬ РАБОВ и МОРАЛЬ ГОСПОД
Расизм — это системное угнетение, основанное на эксплуатации высшей расой низших. Возникновение расизма связано с формированием идеологии рабовладельческого общества. Господин и раб рассматривались в нем как представители принципиально различных пород людей. В эпоху зарождения капитализма и начала колониальной экспансии (XVI—XVII вв.) сложились расовые теории, призванные оправдать политику колониализма, направленную на эксплуатацию и угнетение народов, проживающих на территории зависимых стран. Зачастую такая политика приводила к истреблению целых народов (например, значительной части индейцев Америки, некоторых африканских племен, а также народов Южной Азии, Австралии и Океании). Одной из первых расовых теорий можно считать концепцию французского историка де Буленвилье , который в своей работе «Эссе о французской знати» 1732 года высказал идею происхождения высшего сословия от завоевателей-франков, а сословий, стоящих на более низких ступенях социальной лестницы, — от побежденных галло-римлян.

Как политическая доктрина расизм продолжает использоваться в современных капиталистических странах (особенно в ЮАР) в целях оправдания расовой дискриминации, сегрегации (отделение негров и народов других рас от белых, запрещение жить в одних домах или даже частях города, посещать общественные места, в которых бывают белые и т. д.). Как следствие, расовая дискриминация в организации здравоохранения ЮАР обусловливает широкое распространение инфекционных болезней, высокую детскую смертность и низкую продолжительность жизни среди небелого населения.

Сейчас часто можно встретить на известных анархистских ресурсах размышления о том, что якобы «расизм не имеет цвета». Давайте попробуем разобраться, так ли это. Обратимся к сборнику статей «Анархизм, феминизм и интерсекциональность«, где изложена суть такого явления, как расизм, в исторической ретроспективе
(полный текст можно найти тут: vk.com/doc16080599_437303711?hash=10868b4bc2eb6e3cfe..):

«Когда люди говорят о том, что они «не различают цветов» по отношению к расе, они думают, что они не расисты, но это обычно означает, что они просто думают, что могут преспокойно игнорировать различия в происхождении и жизненном опыте, связанные с расой, и ожидать, что приоритеты и мировоззрение каждого человека должны быть такими же, как и у белых людей, они считают их «нормальными». Это означает, что они думают, что не должны слушать людей, которые пытаются объяснить, почему для них ситуация иная. Они хотят, чтобы различия исчезли и чтобы все были равными, но, пытаясь игнорировать различия, они лишь усиливают их.»

Смотрим там же: «…молодых чернокожих и азиатов полиция останавливает и обыскивает с на 28% большей вероятностью, чем белых. Дело здесь не в том, что притеснение полицией белой молодёжи не происходит, и не в том, что будучи выходцем из рабочего класса или белым иммигрантом-европейцем вы с меньшей вероятностью столкнётесь с полицейским гнётом, дело в том, что число чернокожих и азиатов, становящихся объектами внимания полиции, непропорционально выше в сравнении с белыми, и, в результате этого, если вы переносите наркотики и вы белый, при прочих равных условиях, вы с гораздо большей вероятностью сможете избежать наказания, чем в случае, если бы вы были чернокожим. В Великобритании белых также с меньшей вероятностью арестовывают и оставляют в предварительном заключении, и они реже становятся жертвами преступлений против личности. Чернокожие сегодня сталкиваются с гораздо более высоким уровнем безработицы в Великобритании, чем в США….

Сперва африканцев похищали и везли в Северную и Южную Америку по чисто экономическим причинам: сделать их кем-то вроде чернорабочих, а именно рабами. Они производили товары (табак, хлопок и т.п.), которые продавались на мировом рынке. Сегодня подавляющее большинство афроамериканцев принадлежит к рабочему классу, по большей части, к беднейшим его слоям. Их угнетение служит двум классовым задачам: создаёт совокупность рабочих, которых можно подвергать сверхэксплуатации, платя низкую зарплату, и ослабляет рабочий класс в целом путём расового разделения, при котором белые рабочие верят в своё превосходство.

KKK

Хотя этноцентризм стар как сам род человеческий, расизм как идеология был придуман во времена рабства с целью оправдания рабства и грабежа коренных американцев. Он был тщательно разработан в эпоху империализма, как идеологическая опора для колониализма. Но этот анализ не означает, что превосходство белых является только лишь предметом экономики. В конце концов, есть некоторые богатые афроамериканцы, которых всё равно могут арестовать «за езду в чёрном виде» (к вопросу о том, как угнетается «черный буржуа» — прим. авт.).

Расизм затрагивает не только экономику, но и политику и культуру общества. Он не исчезнет просто благодаря разумным доказательствам; для этого потребуется массовая борьба — борьба, ведомая чернокожими людьми как чернокожими людьми, в союзе с белыми антирасистами.

Борьба афроамериканцев перекрывается с другими видами борьбы. В пятидесятые и шестидесятые, восстание афроамериканцев сыграло ключевую роль в пробуждении всего общества, вдохновило антивоенное движение, женское движение, ЛГБТ-движение, а также борьбу рабочего класса (Мартин Лютер Кинг был застрелен в Мемфисе, куда он прибыл поддержать забастовку преимущественно чернокожих рабочих-мусорщиков). Уже достигнут значительный прогресс в ограничении господства белых — а именно прекращена легальная сегрегация (законы Джима Кроу). Но различные механизмы расистского и капиталистического общества всё ещё удерживают афроамериканцев на социальном дне. Чтобы исправить это, потребуется целая революция.

Атака на одного - атака на всех Убийства чернокожих должны прекратиться любым путём
Атака на одного — атака на всех
Убийства чернокожих должны прекратиться любым путём

Из написанного следует, что расизм — это не просто чувство неприязни из-за цвета кожи, а именно система эксплуатации. Расизм придуман во времена рабства и разработан в эпоху империализма в качестве идеологической опоры колониализма. Системный характер отличает расизм, который исторически был и остается на сегодняшний день белым, от форм реакции на него — в том числе негативных,таких как ксенофобия.

Таким образом, в определении цветов расизма логика проста: если черные могут быть расистами, значит с таким же успехом пролетариат может быть назван угнетающим классом по отношению к буржуазии, а порожденная неравенством классовая ненависть в таком случае должна рассматриваться в качестве угнетения буржуя пролетарием. Даже если какие-то чернокожие испытывают ненависть или неприязнь к белым, это не является системным угнетением белых (в истории таких примеров на сегодняшний день нет). Поэтому данное явление нельзя приравнивать к реально существующему системному угнетению чернокожих, называя и то и другое расизмом. Да, существует «черная ксенофобия«, и мы её, конечно, осуждаем, но нужно понимать, что ксенофобия не представляет собой огромный механизм угнетения в иерархии системы в господствующей группе, в отличие от расизма, поэтому называть качественно иное явление словом «расизм» просто-напросто ненаучно.

Почему вообще важно разграничивать эти явления? Потому что помимо того, что они имеют разную суть, смешивание данных явлений фактически тем самым сохраняет расовое угнетение под вывеской формального равенства. Если представить это в процентном соотношении, то проблема чёрной ксенофобии может быть, например, 10%, а белого расизма — 90%. Ставя же знак равенства, подразумевается, что нужно бросить поровну сил на борьбу с этими двумя явлениями. То есть на борьбу с чёрным ресентиментом, проявляющимся в основном лишь на словах, такое же огромное количество сил, как на борьбу с реально существующим, иерархически закрепленном белым расизмом, ущемляющим права миллионов людей. Какой будет результат? Господствующая система белого расизма сохранится и даже станет ещё сильнее, ведь тогда за белое угнетение и за чёрную реакцию на это угнетение будет и равное наказание, будь то фактическое осуждение или общественное порицание. Очевидно, что при таких условиях расовое угнетение будет лишь процветать.

Точно так же и касаемо других форм дискриминаций — невозможно, к примеру, равно бороться против реального эксплуататорского патриархата и ресентимента на него, то есть несуществующего в истории человечества матриархата, либо уравнивать национально-освободительную борьбу угнетенного народа и имперский национализм захватнического государства-агрессора. Кто-то подставляет вторую щеку после удара по первой, а кто-то реагирует на угнетение отпором, вполне имея на это право. Да, нужно оценивать и критиковать где это уместно методы отпора, но не приравнивать любую реакцию на расизм к расизму, на сексизм — к сексизму и т.д., называя качественно разные явления одними и теми же словами. Это необъективно и абсолютно точно вредно в борьбе за равенство.

Антон Ерохин